Определение Арбитражного суда РФ от 10.08.2025 № А40-234068/2024 "Изменения контракта не освобождают гаранта от обязательств по независимой гарантии"

Дополнительным соглашением № 5 от 30 декабря 2022 г. Внесено изменение в пункт 3.8.1.1 контракта, сумма аванса увеличена до 1 816 978 969 руб. с выплатой ее заказчиком после предоставления надлежащего обеспечения. 13 января 2023 г. банк внес изменение в банковскую гарантию № ЛБГ-6/22-I, установив сумму гарантии в размере 1 816 978 969 руб.

Дополнительным соглашением № 8 от 25 мая 2023 г. стороны дополнили контракт положениями, обязывающими общество открыть в Департаменте финансов города Москвы лицевой счет для проведения авансовых платежей в порядке казначейского сопровождения.

Дополнительным соглашением № 10 от 15 июля 2023 г. Внесено изменение в пункт 3.8.1.1 контракта, сумма аванса увеличена 2 377 116 379 руб. 88 коп.

Дополнительным соглашением № 13 от 29 ноября 2023 г. Внесено изменение в пункт 3.8.1.1 контракта, сумма аванса увеличена до 2 917 628 975 руб. 74 коп.

Оговорка о выплате увеличенной суммы аванса при условии предварительного увеличения суммы обеспечения в пункте 3.8.1.1 контракта в редакции дополнительных соглашениях № 10 и № 13 отсутствовала.

Согласно итоговым справкам о стоимости выполненных работ (КС-3) от 4 июня 2024 г. заказчиком приняты работы общей стоимостью 2 562 106 770 руб. 90 коп., аванс погашен в сумме 1 192 181 894 руб. 95 коп.

Ссылаясь на нарушение сроков выполнения работ по контракту, учреждение направило обществу 2 августа 2024 г. решение об одностороннем отказе от исполнения контракта, потребовав в срок до 9 августа 2024 г. Вернуть неотработанный аванс в сумме 1 725 447 080 руб. 79 коп.

Ввиду неисполнения обществом указанного требования, учреждение 23 августа 2024 г. направило банку требование о добровольной выплате 1 725 447 080 руб. 79 коп. по независимой гарантии. Указанная сумма перечислена банком по платежному поручению № 2694 от 20 сентября 2024 г.

Полагая, что увеличение аванса на основании дополнительных соглашений № 10 и № 13 не было обеспечено независимой гарантией, сумма которой (1 816 978 969 руб.), кроме того, подлежала уменьшению на сумму зачтенного аванса (1 192 181 894 руб. 95 коп.), и составила, таким образом, 624 797 074 руб. 10 коп., банк обратился в арбитражный суд с настоящим иском потребовав вернуть 1 100 650 006 руб. 69 коп., неосновательно полученного бенефициаром сверх указанной суммы гарантии.

Удовлетворяя иск, суды руководствовались ст. 15, 368, 370, 3751 , 376, 379, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статьей 96 Закона № 44-ФЗ и, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о том, что возврат аванса, увеличенного в соответствии с дополнительными соглашениями № 10 и № 13 не был обеспечен независимой гарантией, указав, что при определении лимита гарантии с учетом отработанного принципалом аванса (п. 27 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28 июня 2017 г.) сумма последнего (1 192 181 894 руб. 95 коп.) подлежала вычитанию из суммы гарантии (1 816 978 969 руб.) без учета названных соглашений, в связи с чем установили отсутствие оснований для выплаты заказчику денежных средств в сумме 1 100 650 006 руб. 69 коп.

Между тем, судами нижестоящих инстанций не учтено следующее.

По смыслу пунктов 1 и 2 статьи 368 ГК РФ условия независимой (банковской) гарантии определяются исходя из ее содержания. Однако, делая вывод о том, что в связи с отсутствием в дополнительных соглашениях № 10 и № 13 условия о предварительном увеличении суммы обеспечения, возврат аванса в увеличенной названными соглашениями сумме гарантией не обеспечивался, сделан судами без учета пункта 10 независимой гарантии, согласно которому «никакие изменения и дополнения, вносимые в контракт, не освобождают гаранта от обязательств по гарантии».

Таким образом, согласно условиям выданной гарантии банк обязался в пределах суммы гарантии (1 816 978 969 руб.) безотзывно выплатить бенефициару любую сумму в случае ненадлежащего исполнения принципалом его обязательства перед бенефициаром, в том числе сумму в размере авансового платежа. Следовательно, внесение в контракт дополнительными соглашениями № 10 и № 13 изменений об увеличении суммы аванса до 2 917 628 975 руб. 74 коп. не может освобождать гаранта от принятого им на себя обязательства возвратить бенефициару авансовый платеж в пределах 1 816 978 969 руб., связи с чем судебная коллегия приходит к выводу о том, что требование учреждения, определившего размер платежа по гарантии как разницу между перечисленным обществу в соответствии с условиями контракта авансом в сумме 2 917 628 975 руб. 74 коп. и стоимостью выполненных работ в сумме 1 192 181 894 руб. 95 коп., являлось законным и было правомерно исполнено банком 20 сентября 2024 г. В связи с изложенным у судов отсутствовали предусмотренные законом основания для удовлетворения настоящего иска.

Судебная коллегия отклоняет позицию представителей банка, пояснивших в судебном заседании, что в пункте 10 имеются в виду иные изменения контракта, не связанные с увеличением суммы аванса, поскольку данное суждение не основано на тексте указанного пункта, не содержащего каких-либо оговорок о подпадающих под его действие изменениях контракта.

Кроме того, судебная коллегия отмечает непоследовательность и недобросовестность банка, считающего для целей гарантии ничтожными дополнительные соглашения № 10 и № 13 об увеличении аванса, и признающими имеющей правовое значение для отношений между гарантом и бенефициаром аванс в сумме 1 816 978 969 руб., однако, в то же время при определении размера, на который в связи с частичным исполнением принципалом работ по контракту уменьшился лимит гарантии, использует величину погашенного бенефициаром аванса в сумме 1 192 181 894 руб. 95 коп., исчисленную исходя из выплаченных 2 917 628 975 руб. 74 коп. авансовых платежей, фактически признавая легитимность этой суммы при расчетах по гарантии.

Наконец, Судебная коллегия не может согласиться с отстаиваемым банком толкованием положений Закона № 44-ФЗ, как устанавливающих более обременительные по сравнению с предусмотренными § 6 главы 23 ГК РФ, условия банковской гарантии для государственных заказчиков, осуществляющих закупки от имени Российской Федерации или субъекта Российской Федерации за счет бюджетных средств. Суждение банка о том, что названный Закон существенно ограничивает независимость получаемого бенефициаром обеспечения не соответствуют основной цели закона, заключающейся в повышения эффективности, результативности осуществления закупок товаров, работ, услуг для государственных и муниципальных нужд, обеспечения гласности и прозрачности осуществления таких закупок, предотвращения коррупции и других злоупотреблений в сфере таких закупок.

Поскольку судами первой и апелляционной инстанции объем обязательств банка по независимой гарантии бы определен вопреки ее содержанию, а судом округа эти нарушения не были исправлены, обжалуемые судебные акты подлежат отмене.