Решение Арбитражного суда РФ от 05.02.2026 № А03-10940/2025 "Государственная организация попыталась провести закупку без конкурса, сославшись на срочность. Однако суд решил, что никакой спешки на самом деле не было"

Локальный сметный расчет к контракту № 24-1C содержит работы по разборке мелких покрытий, устройство выравнивающих стяжек, ремонт кирпичной кладки отдельными местами, устройство кровель.

Выполнение вышеуказанных работ не характеризуется непредсказуемостью или неопределенностью во времени наступления и неоднозначностью последствий, следовательно, заключение контрактов должно осуществляться конкурентным способом, регламентированным статьей 24 Закона № 44-ФЗ. Размещение заказа у единственного поставщика в соответствии с пунктом 9 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ является в рассматриваемом случае неправомерным.

Обстоятельства заключения спорных контрактов не обладали свойствами внезапности и чрезвычайности, препятствий заключения контракта на проведение спорных работ путем проведения конкурсных процедур не имелось, поскольку необходимость выполнения работ, являющихся предметом контракта, возникла задолго до заключения контракта и введения режима повышенной готовности.

Проведение публичных процедур способствует развитию конкуренции за обладание правом исполнения договора путем создания условий для выбора контрагента, предлагающего наилучшие условия, что обеспечивает равный доступ к исполнению договора всех заинтересованных лиц, а их не проведение, когда это необходимо в силу закона, свидетельствует о предоставлении необоснованных преимуществ при осуществлении хозяйственной деятельности исполнителю и, как следствие, о достижении соглашения, направленного на ограничение конкуренции.

Согласно статье 16 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-Ф3 «О защите конкуренции» запрещаются соглашения между федеральными органами исполнительной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, иными осуществляющими функции указанных органов органами или организациями, а также государственными внебюджетными фондами, Центральным банком Российской Федерации или между ними и хозяйствующими субъектами либо осуществление этими органами и организациями согласованных действий, если такие соглашения или такое осуществление согласованных действий приводят или могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции, в частности к разделу товарного рынка по территориальному принципу, объему продажи или покупки товаров, ассортименту реализуемых товаров либо по составу продавцов или покупателей (заказчиков); ограничению доступа на товарный рынок, выхода из товарного рынка или устранению с него хозяйствующих субъектов.

Заключение оспариваемых контрактов с единственным поставщиком в отсутствие на то правовых оснований указывает на ограничение конкуренции путем обхода обязательных процедур закупки, предусмотренных Законом № 44-ФЗ, и является нарушением статьи 16 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-Ф3 «О защите конкуренции», что влечет ничтожность таких контрактов в силу части 2 статьи 168 ГК РФ как сделки, посягающей на публичные интересы, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом.

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка признается недействительной по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). По правилам пункта 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с пунктом 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно пункту 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

По смыслу пункта 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности договора каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Из п.78 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Применительно к абзацу 3 пункта 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации субъектом, имеющим материально-правовой интерес в признании сделки недействительной, следует считать любое лицо, в чью правовую сферу эта сделка вносит известную неопределенность и на чье правовое положение она может повлиять. Лицо, не участвующее в договоре, заявляющее иск о признании договора недействительным, должно доказать наличие своего материально-правового интереса в удовлетворении иска, указав, какие его права или охраняемые законом интересы нарушены или оспариваются лицами, к которым предъявлен иск, а также каким образом эти права и интересы будут восстановлены в случае реализации избранного способа судебной защиты.

Из смысла положений закона следует, что лицо, заявившее соответствующее требование, должно иметь охраняемый законом интерес в признании сделки недействительной.

Такой интерес должен носить материально-правовой характер и, соответственно, должен быть подтвержден соответствующими доказательствами, как, собственно, должно быть доказано и нарушение конкретного, а не абстрактного права заинтересованного лица.

Из разъяснений, приведенных в пункте 74 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность.

Согласно пункту 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» применительно к статьям 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы.

Исходя из разъяснений пункта 18 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, государственный (муниципальный) контракт, заключенный с нарушением требований Закона о контрактной системе и влекущий, в частности, нарушение принципов открытости, прозрачности, ограничение конкуренции, необоснованное ограничение числа участников закупки, а следовательно, посягающий на публичные интересы и (или) права и законные интересы третьих лиц, является ничтожным.

В силу разъяснений, приведенных в пункте 18 Обзора судебной практики от 28.06.2017, государственный (муниципальный) контракт, заключенный с нарушением требований Закона о контрактной системе и влекущий, в частности, нарушение принципов открытости, прозрачности, ограничение конкуренции, необоснованное ограничение числа участников закупки, а следовательно, посягающий на публичные интересы и (или) права и законные интересы третьих лиц, является ничтожным.

Приведенные выше обстоятельства способствовали созданию преимущественного положения ИП Сосиной В.В. и лишили возможности других субъектов, осуществляющих аналогичную деятельность, реализовать свое право на заключение контракта. Согласно пунктам 3, 4 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав, исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Исходя из статьи 10 ГК РФ не допускается: осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Исходя из специфики субъектного состава спорных сделок, процедура заключения контрактов, стороной по которым является муниципальное образование, установлена законодателем именно для избежания нецелевого расходования бюджетных средств, следовательно, заключение каких-либо сделок в ином порядке (без конкурса или аукциона) означает совершение действий в обход закона с противоправной целью, то есть заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Выполняя работы без заключенного в соответствии с положениями Закона № 44- ФЗ контракта, заключение которого является обязательным в соответствии с нормами названного Закона, ИП Сосина В.В. не могла не знать, что выполнение работ осуществляется им при очевидном отсутствии обязательства. Выполнение этих работ не может быть обеспечено встречным обязательством заказчика по оплате данных работ, из чего следует, что у заказчика не возникла обязанность по оплате выполненных работ по контрактам.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2016 по делу № 305-ЭС16-1427, несоблюдение установленной законом процедуры заключения контракта не устраняет его возмездности, но лишает в связи с изложенной причиной исполнителя права на получение вознаграждения.

Иной подход допускал бы поставку товаров, выполнение работ и оказание услуг для государственных или муниципальных нужд в обход норм закона (статья 10 ГК РФ).

Согласно части 12 статьи 7 Федерального закона № 273-Ф3 от 25.12.2008 «О противодействии коррупции» одним из основных направлений деятельности государственных органов по повышению эффективности противодействия коррупции является обеспечение добросовестности, открытости, добросовестной конкуренции и объективности при размещении заказов на поставку товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных или муниципальных нужд.

Согласно пункту 20 Обзора по Закону №44-ФЗ, по общему правилу, поставка товаров, выполнение работ или оказание услуг в целях удовлетворения государственных или муниципальных нужд, в отсутствие государственного или муниципального контракта не порождает у исполнителя право требовать оплаты соответствующего предоставления.

Из правовой позиции, изложенной в абзаце 2 части 1 статьи 167 ГК РФ следует, что лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

Указанные доводы также позволяют обязать только одну сторону признанного недействительным договора, возвратить все полученное по сделке.

Аналогичный подход изложен в Определении Верховного Суда РФ от 23 декабря 2021г. № 306-ЭС21-24260.

Контракт заключен с нарушением требований Закона № 44-ФЗ, при недобросовестном поведении участника торгов, с целью обхода закона с противоправной целью, нарушая принципы контрактной системы, а следовательно, публичные интересы, правовые основания для удержания спорной денежной суммы в размере 1 819 205,64 руб. в качестве оплаты работ у ИП Сосиной В.В. отсутствуют.

Таким образом, с ИП Сосиной В.В. подлежит взысканию 1 819 205,64 руб. в пользу публичного образования — Заринский район Алтайского края в лице администрации Заринского района Алтайского края.

Согласно абзацу 13 статьи 12 ГК РФ при рассмотрении споров, связанных с защитой гражданских прав, суд не применяет противоречащий закону акт государственного органа или органа местного самоуправления независимо от признания этого акта недействительным, в связи с чем не подлежит применению постановление администрации Заринского района Алтайского края от 07.03.2024 № 185.

В соответствии с пунктом 3 статьи 35 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» прокурор в соответствии с процессуальным законодательством Российской Федерации вправе обратиться в суд с заявлением или вступить в дело в любой стадии процесса, если этого требует защита прав граждан и охраняемых законом интересов общества или государства.

Право прокурора на предъявление иска в арбитражный суд регламентировано законом, прокурор компетентен обращаться в арбитражный суд с требованием о признании сделки недействительной только в случае, если сделка совершена вышеуказанными субъектами.

Требования прокурора связаны с нарушением при заключении оспариваемых контрактов действующего законодательства, а именно, нарушением публично-правовых интересов и защитой прав публичного образования.

Таким образом, иск подан в защиту прав публичного образования – Заринского района Алтайского края в лице администрации Заринского района Алтайского края, так как направлен на обеспечение эффективного использования бюджетных средств и других злоупотреблений в сфере закупок товаров, работ и услуг, а также и в интересах неопределенного круга лиц хозяйствующих субъектов в целях обеспечения возможностей последних на участие в конкурсе.

При таких обстоятельствах суд пришел к выводу, что исковые требования заявлены обоснованно и подлежат удовлетворению. На основании изложенного, суд удовлетворяет заявленные требования в полном объеме.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации по делам, рассматриваемым арбитражными судами, при подаче искового заявления имущественного характера, подлежащего оценке, уплачивается государственная пошлина в размере, установленном названным пунктом.

Согласно подпункту 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче искового заявления по спорам о признании сделок недействительными, не содержащего требования о применении последствий недействительности сделок, размер государственной пошлины для организаций составляет 50 000 руб.

В силу подпункта 1 пункта 1 статьи 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче исковых заявлений, содержащих одновременно требования как имущественного, так и неимущественного характера, одновременно уплачиваются государственная пошлина, установленная для исковых заявлений имущественного характера, и государственная пошлина, установленная для исковых заявлений неимущественного характера.

При подаче исковых заявлений, содержащих требования о применении последствий недействительности сделок, уплачивается государственная пошлина, установленная для исковых заявлений имущественного характера, в зависимости от стоимости имущества, подлежащего возврату (подпункт 8 пункта 1 статьи 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации).

Истцом заявлены требования о признании недействительными 2 сделок, требования по которым удовлетворены.

Подпунктом 4 пункта 1 статьи 333.21 НК РФ установлено, что при подаче иных исковых заявлений неимущественного характера, государственная пошлина составляет 50 000 руб., следовательно за рассматриваемые исковые требования подлежит уплата государственной пошлины в размере 100 000,00 руб. (50 000,00 * 2).

Подпунктом 8 пункта 1 статьи 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при подаче исковых заявлений, содержащих требования о применении последствий недействительности сделок, уплачивается государственная пошлина, установленная для исковых заявлений имущественного характера, в зависимости от стоимости имущества, подлежащего возврату.